Круглянский мост. Быков В. В.

  «Круглянский мост» — повесть белорусского писателя Василя Быкова, созданная в 1968 году.   По повести В. Быкова четверо партизан получают задание взорвать не имеющий стратегического значения мост. Приказ непонятен, но, не возражая начальству, герои отправляются в путь, еще не зная, что им придется пережить…

  Сидящий в яме по причине отсут­ствия в парти­зан­ском отряде специ­аль­ного поме­щения для аресто­ванных, Степка Толкач пере­бирал в памяти обсто­я­тель­ства последних дней. Не везло Степке в этом отряде, не очень ему здесь дове­ряли и служить поста­вили в хозяй­ственный взвод. И вдруг подрывник Маслаков пред­ложил ему сходить на задание. Степка обра­до­вался, несмотря на моло­дость, он все же был опытным подрыв­ником. Пошли вчет­вером — Маслаков, Степка, Бритвин, бывший комбат, за что-то разжа­ло­ванный и теперь стара­ю­щийся заслу­жить прощение, и хорошо знающий эти места Данила Шпак. Задание: сжечь дере­вянный мост у села Круг­ляны. Когда оказа­лись в нужном месте, надви­га­лись сумерки и соби­рался дождь. «Идти нужно сейчас, — решил Маслаков. — Возле моста еще не поста­вили ночную охрану. К тому ж, если дождь разой­дется, мост не заго­рится. Кто со мной?» Бритвин и Шпак под разными пред­ло­гами отка­за­лись. «Пойдешь ты», — приказал Маслаков Степке. Когда они выхо­дили из леса, дорога и мост каза­лись абсо­лютно безлюд­ными. Но уже на подходе к мосту в дожд­ливом тумане вдруг проре­за­лась какая-то фигура. Прятаться было поздно, и они продол­жали движение. От моста грохнул выстрел. Маслаков и Степка метну­лись с дороги, Степка по одну, а Маслаков по другую сторону насыпи. Держа в одной руке винтовку, в другой — кани­стру, Степка бежал вдоль насыпи, которая стано­ви­лась ниже, и наконец увидел фигуру стре­ляв­шего. Степка бросил кани­стру и почти не целясь выстрелил. Пере­махнул через дорогу и наткнулся на лежав­шего Масла­кова. Похоже, тот был мертв. Стояла тишина, никто не стрелял. Степка взвалил на себя тело коман­дира и пота­щился назад. Он все ожидал, что навстречу выйдут помочь Бритвин и Шпак, но встретил их только в лесу. Степка чуть не плакал от горя и отча­яния: Маслаков ранен, кани­стра оста­лась возле моста, да и толку бы от нее уже не было — немцы теперь усилят охрану и к мосту не подо­браться. «Иди ищи подводу», — приказал Степке Бритвин, принявший коман­до­вание группой. Коня, пасше­гося в лесу, Степка нашел быстро. Но хозяин его, пятна­дца­ти­летний подро­сток Митя, уперся: «Не могу дать. Мне утром везти молоко в Круг­ляны». — «Ладно, — пред­ложил Степка, — пойдем вместе. К утру вернешься с конем домой». Степку встре­тили мрачно: «Зря старался». Маслаков умер. Маль­чика решили оста­вить до утра, Брит­вину не понра­ви­лось, что Митя — сын полицая. Но Степка почув­ствовал, что у Брит­вина появи­лась какая-то мысль, когда он услышал, что завтра утром Митя должен везти молоко через тот самый мост. Бритвин тут же послал Шпака за взрыв­чаткой, а Митю отправил домой, дого­во­рив­шись, что тот утром заедет к ним с молоком. Приве­зенный Шпаком аммонит оказался сильно отсы­ревшим, и Бритвин приказал сушить его прямо на огне. Сушили Степка и Шпак, Бритвин наблюдал за ними с отда­ления. «Ну вот, — когда взрыв­чатка просохла, сказал он, — это вам не какая-то кани­стра с бензином. Тоже мне взрыв­ники, чем хотели мост уничто­жить. Да еще без помощи местных жителей». — «А может, Маслаков никем не хотел риско­вать», — возразил Степка. «Риско­вать? Знаешь, что такое война? Это риск людьми. Кто больше рискует, тот и побеж­дает. Терпеть не могу умников, которые рассуж­дают, что правильно, а что непра­вильно. И как бы неви­новные не постра­дали. При чем тут неви­новный — война!» И Степка подумал, что, может быть, Бритвин лучше Масла­кова пони­мает войну.
  Под утро появился Митя с телегой и молоч­ными бидо­нами. Из одного бидона они вылили молоко и набили его взрыв­чаткой, вста­вили взры­ва­тель и вывели наружу бикфордов шнур. «Шнур горит пять­десят секунд. Значит, нужно будет поджечь шнур метров за трид­цать от моста, а на мосту скинуть этот бидон и хлест­нуть лошадей. Пока полицаи опом­нятся, моста уже не будет», — объяснял Бритвин маль­чику. «А кто поедет?» — спросил Степка. «А ты беги быстро к мосту. Твое место там!» — вместо ответа прикрикнул Бритвин на Степку. И Степка отпра­вился к мосту. Подо­брался к нему Степка совсем близко. Дорога долго была пустой. И наконец на ней появи­лась подвода. В подводе сидел Митя и неумело курил папи­росу. Брит­вина и Шпака там не было. «Где же они?» — забес­по­ко­ился Митя. Один из охран­ников что-то крикнул, и мальчик оста­новил подводу и соскочил на землю в каких-нибудь десяти метрах от моста. «Все, — решил Степка. — Сейчас полицай подойдет и увидит бикфордов шнур. Пропал Митя». Степка вскинул автомат и дал очередь. Конь рванулся вперед, вылетел на мост и вдруг, как бы споткнув­шись, упал на колени. Митя кинулся на мост к коню. С другой стороны бежали трое поли­цаев. Степка прице­лился в бегущих, но спустить курок не успел — мощная взрывная волна отбро­сила его назад. Полу­о­глу­шенный Степка уже бежал к лесу. Сзади горело, и на сере­дине моста зиял огромный пролом. В лесу его поджи­дали Бритвин и Шпак. «Здорово грох­нуло, а!» — радо­вался Бритвин. А Степка все никак не мог задать вопрос: где же они были, почему выста­вили одного Митю? «Ты что, недо­волен? — спросил его наконец Бритвин. — Мы же взорвали мост! И полу­чи­лось все, как распла­ни­ро­вали. Когда подвода оказа­лась на мосту, мы подстре­лили коня». «Вот почему Митя кинулся на мост, — понял все Степка. — Он бросился к ране­ному коню». «Сволочь! — закричал он Брит­вину. — Ты — сволочь!» — «Сдать оружие», — жестко приказал Бритвин и пошел на Степку, ожидая привыч­ного послу­шания. Но Степка вскинул автомат и нажал на спус­ковой крючок. Бритвин согнулся, схва­тив­шись за живот...
  И вот теперь Степка сидит в яме и ожидает суда. Его наве­стил Шпак, сообщил, что Брит­вину делают операцию, что он выживет и что зла на него Бритвин не держит, только просит, чтоб Степка ничего не расска­зывал про Митю и вообще про всю эту историю. Степка послал Шпака подальше. Нет уж, он не боится. Он, конечно, виноват, и его накажут. Но прежде он расскажет, как все случи­лось, и назовет Митю...  

Нравится

Тридцатая школа